На открытии олимпиады (понравилось весьма) вспомнилось как я не попал на миланскую оперу Ла Скала в Москве.
Год 1993-й был. Мы уже стояли в огормной очереди на холоде в огромном подземном переходе под Манежкой, вечером накануне открытия касс Большого театра. Приготовились брать билеты с боем, явилась большая команда человек 50, и другие команды, соперники и союзники по студенческим "ломам" за театральные билеты были тут.
Сначала боссы нас успокоили, что все билеты поступят в открытую продажу, больше тысячи пар (а обычно Ленком например давал в кассу только 60 пар), так что и ломаться не придётся. Болтали, выпивали, готовились как обычно переночевать на ногах.
Однако вскоре нас разочаровали: билеты почти все уже выкупили правильные люди. Одновременно менты сказали что не допустят лома, мол международное событие. (А обычно менты не вмешивались в ломы, при условии что они происходят по джентльменским правилам: никаких ударов, только толчки и захваты).
Но я себя впоследствии вознаградил сходив в Венскую оперу, причём на Летучую мышь, и причём в самое Рождество.
Год 1993-й был. Мы уже стояли в огормной очереди на холоде в огромном подземном переходе под Манежкой, вечером накануне открытия касс Большого театра. Приготовились брать билеты с боем, явилась большая команда человек 50, и другие команды, соперники и союзники по студенческим "ломам" за театральные билеты были тут.
Сначала боссы нас успокоили, что все билеты поступят в открытую продажу, больше тысячи пар (а обычно Ленком например давал в кассу только 60 пар), так что и ломаться не придётся. Болтали, выпивали, готовились как обычно переночевать на ногах.
Однако вскоре нас разочаровали: билеты почти все уже выкупили правильные люди. Одновременно менты сказали что не допустят лома, мол международное событие. (А обычно менты не вмешивались в ломы, при условии что они происходят по джентльменским правилам: никаких ударов, только толчки и захваты).
Но я себя впоследствии вознаградил сходив в Венскую оперу, причём на Летучую мышь, и причём в самое Рождество.